Read in English
Фотоальбом из Окиношимы
 Нишиношима, Шимане, Япония

Неактивный остров вулканического происхождения возник в Японском море около 5 миллионов лет назад, имеет гористую и потрясающую, изрезанную эрозией береговую линию. Большая часть населения обосновалась в небольших и живописных посёлках, расположенных между гор вдоль побережья. Многие из этих поселений довольно изолированы, и хотя современные дороги обеспечивают легкий доступ вокруг острова, старинные традиции и культура остались нетронуты временем.

— Викитравел.

 

Острова Оки малодоступны и ещё менее известны, даже среди местного населения. Из двух возможных способов добраться на остров в январе выбор пал на паром, который курсировал туда-обратно раз в сутки. Было решено выехать из маленького материкового городка Сакаиминато, где к русским относятся с особым дружелюбием, в порт рано утром и взять курс на остров Дого. Проехав Дого за день насквозь, на следующий день мы отправились на остров Насиносима.

Паром был забит пассажирами, которые коротали время в пути лёжа, уставившись в телевизор и жуя что-то из своих упаковок. Багаж, бутылки, гаджеты, носки и одеяла, разбросанные вперемешку по жесткому полу современного экономкласса, вызывали стойкую ассоциацию с паромом беженцев. Ну, а мне-то что? Каждый день в пути полон сюрпризов и неожиданностей, поэтому эта огромная коммунальная квартира не вызвала особенного культурного шока. Куда удивительнее было видеть свиней на кухне в Тайване и китайских детей в сплит-брюках.

Общественная каюта на пароме с жестким полом.

Спустя три часа паром прибыл в порт Насиносима, второго по величине и одного из четырёх обитаемых островов в группе Оки. Многие знают про острова Окинава, но немногие слышали про другие острова типа Оки. Оки представляет собой группу удалённых островов в Японском море (где-то между Японией и Кореей), в 80-ти километрах от береговой линии Японии (Хонсю). В состав группы входит четыре обитаемых острова: Дого, Насиносима, Каканосима, Тибури и 180 необитаемых.

Хотя острова и оставались в контакте с материком на протяжении всей истории, их изолированность и гористая местность помогли сохранить уникальную культуру и много древних традиций, утраченных в других частях Японии. К сожалению, одного дня недостаточно для того, чтобы попытаться вникнуть в суть, да и даже просто подцепить ногтем этот огромный культурный пласт. Условно набросанный план на день начался с визита в информационное бюро порта.

Под вывеской «Information» сидела белая женщина, и поскольку среди сошедших с парома мы были единственными путешественниками, она, радостно захлопотав, помогла с поиском ночлега и доставкой личных вещей в рёкан. Мы оставили сумки и взяли напрокат велосипеды, очень далёкие от идеи горных: всего с тремя скоростями и совсем не приспособленные для езды по холмистой местности. Было совсем непонятно, зачем они вообще сдавались в аренду, но женщина в информационном бюро заверила, что остров менее холмист, чем Дого, да и по расстоянию в два раза меньше, проблем быть не должно. После последнего заезда все еще ныли ноги, было чувство будто весь предыдущий день мы разгружали вагоны с гирями. С надеждой, что хуже быть не может, мы сели на велосипеды и помчались на другую сторону острова. Неудачи не заставили себя долго ждать — через пять километров у одного велосипеда спустило колесо, и его пришлось оставить за универмагом. «Все будет Оки» — подумал я, посадил спутницу на багажник, и сквозь ветер и мороз мы двинули дальше.

Спутница толкает велосипед через тоннель.

В соответствии с новым набором законов, провинция Оки была названа «островами изгнания» с 7-го до 19-го века. Дворяне, которые находились на проигравшей стороне в борьбе за власть отсылались на острова, где они жили, мирно отбывая заключение. — Викитравел.

Хозяин.

По разным подсчётам, на острове живёт примерно три тысячи человек, но кажется, будто не больше ста. Большинство местных жителей занимается рыболовством и сельским хозяйством, еще немного заняты в сфере услуг: официанты, работники турфирм и постоялых дворов. Из-за своей удалённости Насиносима на протяжении 900 лет был местом ссылки провинившихся придворных. Сегодня об этом помнят немногие.

«В этот сезон сюда мало кто едет, из-за этого закрыты рестораны и гестхаусы» — говорила женщина в информационном бюро. «Это и хорошо, вы будете совсем одни!» — повторяла она, что казалось сомнительным поводом для восторга, так как случись какое несчастье, помощи будет не найти. И действительно, создавалось впечатление, что на тот момент мы были единственными иностранцами на острове, но, конечно, далеко не единственными, посетившими его. Лафкадио Хирн, греко-ирландский писатель, посетил острова в 1892 году, проведя там целый месяц. В своей книге «Проблески незнакомой Японии», он писал «Даже миссионер никогда не был в Оки, и его берега всегда были скрыты от европейских глаз» — излишне смелое утверждение, но тем не менее оно подчёркивает относительную изолированность островов во время его визита.

Зданию школы более 100 лет.

Хирн оставался в своей комнате в течении нескольких дней, пытаясь избежать внимания местных жителей, жаждущих увидеть белого иностранца хотя бы мельком. Как только новость о его пребывании в единственном портовом отеле распространилась, вся улица была перекрыта толпой и здание было осаждено со всех сторон. Верхние этажи домов напротив отеля были заполнены зеваками, и нескольким молодым людям удалось даже вскарабкаться на карниз под окнами его номера. Все дверные проёмы и окна его комнаты, как он писал, со всех сторон были заполнены лицами.

«Казалось, любопытство публики было ненасытным все три дня и длилось бы дольше, если бы я не бежал с острова», – писал Хирн в своих заметках.

С той поры интерес к иностранцам на острове явно остыл. Наше присутствие вызывало не больше, чем простые кивки в знак дружелюбия и приветствия, а водители, проезжавшие мимо двух человек, толкающих велосипед с пробитым колесом, даже не останавливались, чтобы спросить всё ли в порядке и не нужна ли помощь. В конце концов, все было «Оки» — путь длиною в бесконечность закончился и перед нами открылся панорамный вид.

Кальдера островов сформировалась из вершин стратовулканов огромного размера под воздействием такого количества тепловой энергии, какое даже представить трудно. Скалы Насиносимы как будто вырвались из кипящей солёной воды и замерли в крутой вертикальности, как края гигантских массивов. Они словно служили роскошными декорациями к той драме, где главную и роковую роль сыграла Природа. Извержение, возможно, было самым захватывающим событием, случившимся на островах за тысячелетия и тысячелетия истории. Именно они, нетронутые человеком вулканические скалы так манили меня сюда. Безмерно хотелось ощутить торжество природы и посмотреть на нетронутые вулканические скалы, на то, как живут люди на краю земли.

Тут всё  сохранилось так, как было и тысячи лет назад. Самым удивительным (помимо горных пород и 250-метрового утёса) и неожиданным оказались полудикие лошади. Их на острове живёт всего 50, полудикие они по сути потому, что принадлежат людям, но могут свободно передвигаться и пастись где захотят. Лошади не приручены, и оседлать их — непосильная задача.

Большое и красивое травоядное с золотистой шерстью и развивающейся на ветру гривой, вольготно блуждало по поверхности утёса в поисках травы — дивное зрелище. При первой же моей попытке подойти поближе златогривая красавица стремительно попятилась, как бы сообщая, что нарушить гармонию человеку не удастся, и я вынужден был отойти.

Скалы береговой линии Кунига являются самыми высокими в Японии. Извержения вулканов и последующая эрозия создавали впечатляющий пейзаж на протяжении тысячелетий, и теперь вид с вершины этих скал захватывает дух.

По береговой линии, через дикие пастбища, используемые в качестве загона под открытым небом для местных блуждающих лошадей, бежала тропа на другую сторону берега. О, как же она была соблазнительна, и в любой другой бы день, начав пораньше, я бы с удовольствием по ней прошёлся. Но пойти туда сейчас означало бы заблудиться посреди гигантского утеса под ночным небом.

Обратный путь был неблизок, ветер дул всё сильнее, собирались тучи и нам пришлось идти назад. Прибыв в рёкан, дом в японском стиле на холме над рыболовецким портом, уставшие и голодные, мы кинули велосипед с пробитой шиной рядом с магазином. По своей натуре японцы очень гостеприимны и чересчур вежливы — хозяин дома неустанно извинялся за все неудобства. Он знал женщину, выдавшую нам эти бесполезные голландские подобия, и предложил оба велосипеда доставить ей лично и отвезти нас в порт рано утром. На первом этаже у хозяина был магазин, в котором мы смогли купить бомж-пакеты и полиэтиленовую еду — на тот момент лучше было не найти. Вскоре, после принятия традиционной горячей ванны, день закончился.

Утром, распахнув окно, взору предстал чудесный вид. Оказалось, что комнату нам сдали с видом на бухту. Не покидало ощущение, что за большие усердия нам начало воздаваться.

Местный пляж.

Перед отправкой в порт хозяин дома свозил нас на электростанцию, показал местную святыню и школу. Узнав, что я русский, он показал в телефоне статью на английском языке, в которой было написано о хороших отношениях Японии с Россией (если быть точнее — с Владивостоком, как будто это были две разные страны). Покачивая головой и улыбаясь, он тем самым как бы одобрил, что я, мол, из благородной страны. Довезя нас до порта, он, неоднократно поклонившись и поблагодарив за наш визит, показал дорогу в терминал и стоял там еще несколько минут, пока мы не поднялись на паром и не отплыли.

Несмотря на неприятные сюрпризы и изнурительную ходьбу нам все же удалось получить несравненное удовольствие от живописных видов скал и живой природы. Для меня очарование от поездки таилось в удалённости островов от материка, в долгих пеших прогулках в окружении златогривых друзей и в атмосфере парома. Остров Насиносима станет удивительным открытием для тех, кто ищет смены темпа жизни и видов на самые зрелищные прибрежные пейзажи, которые только можно найти на японском архипелаге.